FORGOT YOUR DETAILS?

Михаил Климовский: «Интерпретация данных — ключевая задача для российской урбанистической школы»

by / Thursday, 05 February 2015 / Published in Интервью

Михаил Климовский – один из основателей и идеологов школы урбанистики UTS School в Санкт-Петербурге. В интервью главному редактору портала Как сделать презентацию Вере Ковалевой Михаил рассказал о современной российской урбанистике, ее методах, перспективных задачах и требованиях к современным урбанистам.

Михаил, расскажите про Школу городских трансформаций UTS School Университета ИТМО?

Школа объединяет три направления: городская информатика, городское планирование и урбанистика, бизнес. Началось все в 2007 году, когда открылся межвузовский инкубатор. Мы создали единую школу, изменили название, но сохранили прежний формат инкубатора, оставив исследования и проекты. Вначале это были технологические проекты, потом появилась магистерская программа по технологическому предпринимательству. Со временем мы с коллегами пришли к пониманию, что многие крупные проекты ориентированы на город, при этом не все из них являются технологическими. Есть, например, журналистский проект, направленный на создание гиперлокального хипстерского медиа-формата. Есть проекты, связанные с улучшением городских сервисов.

Вы применяете дизайн-мышление?

Конечно. Наша программа по урбанистике включает в себя элементы курса по дизайн-мышлению, которые встроены в различные интенсивы формата Workshop.

С каким образованием приходят к Вам люди?

Люди могут приходить с разными знаниями, но ставку мы делаем на студентов с проектным мышлением, т. е. на тех, кто уже вел проектную деятельность в сугубо городской среде. Конечно, у нас есть и социологи, и географы, и культурологи, и даже выпускники факультета международных отношений.

Что представляет из себя урбанистика?

Урбанистика сейчас — это почему-то нечто близкое к пионерии советского типа, хотя раньше это не считалось урбанистикой, т. е. каждый пионер должен был посадить дерево, покрасить лавочку и т. п. Если мы говорим о больших городских системных трансформациях, то должны понимать, что необходимо работать на разных уровнях. Мы используем термин «контекстный интеллект», который означает, что человек одинаково хорошо может работать с разными субъектами. В США эта тема хорошо развита, там в школах лоббизма учат понимать, как устроены политические механизмы, как устроен бизнес большой и средний, как работают НКО и т.д.

Если мы хотим преобразовать некий город, какая логика будет у урбанизатора?

Большое внимание следует уделять вопросам, связанным с полевыми исследованиями. Любой проект, в зависимости от его сложности, мы раскладываем на слои. Мы общаемся с жителями (социальный слой), занимаемся оценкой качества среды и т. д. Используется широкий спектр инструментов. Например, чисто социологические, связанные с фото-фиксацией и пр. Также мы сделали специальный вело-гугло-мобиль, при езде на котором можно снимать среду с обзором в 360 градусов. Потом мы в кабинетном формате анализируем, что происходит на кадрах. У нас большой набор инструментов для цифрового анализа, мы можем парсить данные с городских камер, например.

Вы используете инфографику?

В России почему-то, когда работают с большими данными, ставку делают на визуализацию, а не на интерпретацию. Я считаю, интерпретация данных — это ключевая задача для российской методологической урбанистической школы. Не существует хороших специалистов, которые не бы умели интерпретировать.

А что с монетизацией Вашего бизнеса? Образование – не самая рентабельная область. За счет чего еще формируются финансовые потоки?

У нас присутствует не только образовательная компонента, но и полноценное Research&Development. Мы делаем проекты в формате консорциумов, участвуем в конкурсах, сотрудничаем с различными министерствами. А образование у нас бесплатное.

Как поступить в UTS School?

Для поступления существует отборочный фильтр, и он с каждым годом усложняется. Абитуриенты предъявляют портфолио, проходят собеседование, пишут эссе и могут участвовать еще в ряде испытаний. Основное требование, которое мы предъявляем, – наличие большой мотивации и опыта. Нам нужно от человека понимание: то, куда он попал – это не просто модное течение, а то, чему придется посвятить несколько лет жизни.

Расскажите про какой-нибудь знаковый проект.

Это vision book на тему «Развитие Кронштадта». С одной стороны, Кронштадт – ровесник Петербурга и обладает теми же характеристиками, которые присущи центральной части города, с другой стороны – сам по себе имеет интересные средовые факторы. То есть город обладает большим потенциалом для развития, но сейчас почему-то находится в периферийном состоянии.

А есть какие-то проекты применительно ко всей территории государства? Например, США свою экономику подняли за счет строения хороших дорог по всей территории страны, по которым очень удобно курсировать. Есть ли что-то подобное в России?

Действительно, транспортное планирование – одна из ключевых задач для России. Есть два тренда: с одной стороны – рост миллионников, с другой стороны – убывание численности населения малых городов.

Есть также третья проблема: моногорода. Это города, существующие фактически на одном производстве, построенные еще при СССР. Для них нужно придумывать новые локальные экономики, новые типы занятости для населения, которые позволят людям не уезжать в другие места с целью поиска заработка, а развивать свою территорию.

Было проведено большое исследование моногородов по заказу «Базового элемента», результаты доступны в сети Интернет. «Внешэкономбанк» запустил программу по поддержке моногородов через различные инвест-проекты.

Возвращаясь к Вашему вопросу: новые транспортные коридоры необходимы. Тема транспортной мобильности является ключевой для наших исследований. Мы собираем большую команду транспортников для междисциплинарного анализа текущей ситуации.

В каком состоянии находится современна урбанистика в России?

На данный момент урбанистика – это скорее модное направление, не вносящее существенный вклад в трансформации. Хотя на уровне коммуникаций оно уже интенсивно проявляет себя, проводятся различные форумы, посвященные развитию города. Из ряда активистов, которые выступали в политическом русле именно в данной тематике, некоторые уже участвуют более конструктивно в развитии городов.

Что сейчас негативно влияет на ситуацию?

Во-первых, отсутствие спроса на качественные проекты у самих жителей городов. Нет высокого уровня недовольства средой обитания, поскольку люди не знают, что может быть по-другому. Возможно, есть некоторая платежеспособная группа населения, посещающая ту же Европу, которая в течение следующих лет пяти сформирует новый электорат. Наверное, если поменяются избиратели, то и чиновникам придется поменяться. Во-вторых, недееспособность власти. Если возникнет спрос на более высокий уровень жизни, то появится и другой тип управленцев. В-третьих, отсутствие предложений.

Каковы перспективы урбанистики в России?

Я думаю, что молодым людям нужно прививать какую-то личную позицию по отношению к городу. Мне кажется, этой меры ответственности сейчас не хватает некоторым проектировщикам. Еще хотелось бы обратить внимание на малое количество школ, которые работают в направлении урбанистики. Для такой огромной территории, как Россия, нужно как минимум выпускать 800 урбанистов в год. Я за то, чтобы каждый город имел свою школу, тесно связанную с рынком.

Спасибо большое, Михаил!

Беседовала Вера Ковалева, главный редактор портала Как сделать презентацию


TOP